Академический Малый Драматический Театр - Театр Европы Купить билеты |
О ТЕАТРЕ ЛЕВ ДОДИН НОВОСТИ ОСНОВНАЯ СЦЕНА КАМЕРНАЯ СЦЕНА ИСТОРИЯ ПРЕССА
рус | eng
Жанна Зарецкая
«Фонтанка.ру»
<< к списку статей
О Додине

Наркотик для молодых европейцев, или Кумиров не выбирают

В Малый драматический театр – Театр Европы на неделю съехались молодые европейские актеры. Лев Додин и его педагоги провели для них мастер-класс в рамках проекта «Академия Союза Театров Европы». Начинающие профессионалы сцены дневали и ночевали на ул.Рубинштейна, неожиданно для себя обнаружив, что модель русского репертуарного театра-дома, руководимого мастером, – то, что все они готовы признать за идеал.

 Результат превзошел все возможные ожидания

На вопрос автора текста, каковы были ожидания от мастер-класса Льва Додина и насколько они оправдались, юная актриса из Болгарии по имени Фетия, ответила, что никаких особых ожиданий у нее не было, но результат превзошел все возможные ожидания. Ее коллега Алекс из Тель-Авива уверял, что, когда ему позвонили из его театра и спросили, не хочет ли он поехать на мастер-класс ко Льву Додину, он немедленно заявил, что денег у него нет, но, даже если ему придется кого-то ограбить на улице, он сделает это и поедет в Петербург, а теперь он собирается приковать себя наручниками к радиатору на служебном входе МДТ, лишь бы не уезжать. Итальянец Альберто уверял, что побывал в другом мире, и что шанс просто пообщаться с Додиным, выслушать его ответы на вопросы – это шанс заняться театром в его лучшем виде.

Ситуация, когда люди старшего поколения с удовольствием читают нотации молодым, - абсолютно типовая. Ситуация, когда молодые люди готовы, забыв про все на свете сутками напролет впитывать, как губки, слова мастера – редчайшие, особенно по нынешним временам. Однако именно она случилась в МДТ. Причем, не стоит думать, что у молодых людей не было выбора. Все они или уже имеют на руках дипломы различных театральных академий или учатся в крупнейших культурных центрах, свободно владеют английским языком, перемещаются по миру в поисках художественных впечатлений. И тем не менее, окунувшись не в атмосферу даже – она была сопутствующей величиной, а в рабочий график МДТ – утром занятия вокалом, голосоведением, классическим движением с уникальными без всякого преувеличения педагогами Додина, затем беседы с самим мастером, затем просмотр спектаклей – они приняли этот трудоемкий режим существования с детским восторгом, чуть не со слезами счастья на глазах. Одна из наиболее часто звучавших в рассказах «студийцев» фраз: «Здесь нам объяснили простые вещи, но они полностью изменили наше отношение к профессии, друг другу, наши взгляды на мир».

Простые вещи, которые меняют жизнь

Школа Додина – понятие для российских театралов не новое, и основные ее составляющие нетрудно сформулировать. Профессиональное, эстетическое в них накрепко связано с этическим. Рекордная глубина погружения в текст, в героев, в отношения между ними напрямую зависит от уровня личностной зрелости актеров, от их внимания друг к другу. Партнерство возведено в художественный приоритет: каждую секунду актер труппы Додина учитывает десятки обстоятельств, не выпускает из поля зрения ни одного из коллег, находящих в репетиционной комнате или на сцене. Это театр, где радость (в том числе и зрительская) возникает только как результат мук, потому что сам Додин убежден, что запросто ничего подлинного создать нельзя. И вот эта каторжная работа вдруг оказывается не просто привлекательна, а, пользуясь словами ребят-европейцев, заразительна. «Я все записывал в свой блокнот, и теперь этот священный блокнот отвезу обратно в Израиль, буду в списках распространять среди своих коллег и обязательно отнесу в нашу Театральную академию», - объявил Алекс. «У нас не принято настолько глубоко погружаться в профессию, но теперь я поняла, что, если и стоит заниматься театром, то только так, как делают это артисты Додина и сам Додин – я имею ввиду глубину исследования человеческой души, предельную силу воли и страсть. Я буду стараться так работать, и надеюсь, что мои коллеги заразятся от меня». «Меня всегда восхищали супружеские пары, которые прожили вместе 50-60-70 лет, я все время думал, как же хорошо эти люди друг друга знают! Артисты Додина прожили вместе десятилетия – они знают друг друга, как люди одной семьи, и это определяет их невероятно слаженное существование на сцене», - с итальянской экспрессией проговорил Альберто и добавил: «Когда испытываешь такое сильное, такое жизнеизменяющее впечатление, его, как наркотик, хочется еще и еще». И, видимо, поймав мой слегка ироничный взгляд – ну взрослые все же люди, а эйфория, точно у школьников, - Алекс счел нужным прояснить: «Я понимаю, что вам кажется, что мы преувеличиваем, но мы не преувеличиваем. Очень простые вещи могут поменять жизнь полностью, и это случилось».

В такой вот, с одной стороны, неожиданной, а с другой – вполне логичной реакции юных людей, которые по их же словам, встретившись пять дней назад, теперь хотели бы никогда уже не расставаться, - ключевое слово: наркотик. Нет сомнения, что работа на износ может стать наркотиком только тогда, когда касается тебя лично, задевает за живое, когда связана с получением знания о человеке, о себе прежде всего. Гражданская позиция, как ни крути, а все же ложится на «человеческое, слишком человеческое» или ему противостоит. «Как говорил еще один большой мастер, с которым мне довелось работать – Лука Ронкони (режиссер, после смерти Джорджо Стрелера принявший Пикколо Театро ди Милано): «Театр – это путь к знанию. Общение с Додиным для меня – словно прочитанная мною новая захватывающая книга», - это снова Альберто. «Этот мастер-класс поменял меня как человека, а как артиста полностью перевернул», - это Алекс. Можно было подумать, что ребята прожили в МДТ несколько месяцев, разбирали тексты, пробовали, спорили. Ничего подобного. «Было три трехчасовых встречи. Мы сидели у Додина в кабинете и задавали ему вопросы. Очень простые. Что для него важно в артисте? Почему он стал театральным режиссером? Ответы выводили его на совершенно другие темы. Он очень много важного сказал для меня. Он сказал, что одна из самых важных вещей для артиста – сначала уметь почувствовать, а потом уже уметь понять. У нас был шанс увидеть «Коварство и любовь» и «Дядю Ваню». Очень важно, что эту энергию чувств, о которых Додин говорил на занятиях, мы увидели и почувствовали в игре его артистов. Все сошлось в одно художественное целое – то, что он говорил на занятиях, мы на следующий день видели в спектаклях», - это Фетия.

 

Пусть Бах нас простит

Была и еще одна, прощальная встреча с мастером, после просмотра двух частей легендарных «Братьев и сестер» - спектакля из разряда театральных чудес, но в том, что чудо случилось именно в МДТ есть железная закономерность. 28 лет спектакль живет на сцене Малого драматического, 50-летние актеры играют мальчишек, и эта условность не влияет на художественный уровень, который остается зашкаливающе высок. Результат: рыдающий зал, овации, получасовые поклоны. Народный артист России Петр Семак после спектакля объяснял студентам-иностранцам: «Я не стараюсь играть 17-летнего мальчишку, я играю человека, который еще не утратил способности удивляться, не утратил веры в любовь». В терминологии Станиславского это называется «природой чувств». К ней у актеров МДТ не подкопаешься. И базируется она еще и на жесткой технологии, которая европейским участникам мастер-класса тоже была преподана. Валерий Галендеев, один из лучших в мире педагогов по сценической речи и голосоведению, как уверяют ребята, «научил соотносить дыхание и переживания, дыхание и жанр, стиль, научил расслабляться с помощью дыхания». У педагога по вокалу Михаила Александрова – «такого одаренного, с потрясающей взрывной энергией» - «студийцы» на пятом занятии запели полифонии Баха. «Пусть Бах нас простит», - тут же ввернул Альберто, один из всех сохранивший некоторую самоиронию.

Впрочем, высказаться с иронией по поводу школы Додина можно, и высказывались не раз: иные находили слишком строгими монастырские условия существования внутри МДТ, другие – нарочитую ограниченность единственным каноном, восходящим к учению Станиславского. Но так или иначе компоненты, из которых состоит «наркотик» под названием «МДТ Льва Додина», прочно увязаны в систему, и пути, приводящие в эту систему, представляют собой крепкую профессиональную школу, которая, как показал мастер-класс, не теряет ни актуальности, ни магической привлекательности для самых юных душ и мозгов, как раз абсолютно открытых самым разным театральным системам и формам, о чем рассказала директор Союза Театров Европы Рут Хейнен. Секрет тут, определенно в том, что так же, как, цитируя Чехова, «и через тысячу лет человек будет так же вздыхать: «ах, тяжко жить!» — и вместе с тем точно так же, как теперь, он будет бояться и не хотеть смерти», точно так же человек будет стремиться познать самое себя и тут же самовыразиться, поделиться этим знанием. И точно так же будет искать единомышленников, чтобы сделать это максимально качественно и полно. 

На вопрос о том, что отличало этот, додинский мастер-класс от других, которых у каждого из участников группы набралось в бэкграунде уже некоторое количество (для Европы это типичная форма повышения квалификации), ребята практически хором ответили, что прежде никогда не возникало такого сильного желания не расставаться. «Мы здесь подружились, потому что нам объяснили, что самое важное – это отношения между партнерами, что надо любить партнеров, надо знать своих партнеров. И мы пытаемся это применить каждый раз, когда заканчиваем занятия».

О пользе невозможных целей

По счастью, желания ребят совпадают с планами госпожи Хейнен, которая, говоря о перспективах проекта «Академия Союза Театров Европы», сообщила, что за мастер-классом Льва Додина – отца и хэдлайнера проекта – последуют другие: например, с таким значительным мастером, как Маттиас Лангхофф, а также с более молодыми режиссерами, сторонниками новых театральных форм. Рут Хейнен рассчитывает, что именно благодаря этому первому мастер-классу появится ядро участников проекта. «Мне кажется, что театр сейчас меняется настолько, что привязка к одному языку уже перестает быть такой необходимой. Поэтому хочется через два-три года иметь таких артистов, которые могут быть убедительными на разных языках и мобильными в географическом плане».

«Вчера Додин нам объяснял, довольно неохотно, что такое сверхзадача в терминологии Станиславского, - продолжила Рут. – Так вот: моя сверхзадача – на базе Союза Театров Европы и на базе тех ребят, которые участвуют в этом мастер-классе, участвовали в прошлом и поучаствуют в будущем – создать международную группу артистов, которые смогли бы сделать свой проект. Я думаю, что это будет проект, связанный с жизнью молодежи в современном мире, о которой они знают больше, чем мы с вами. Спросила ребят – и они отнеслись к этой идее с огромным энтузиазмом. И как раз Лев Додин нам вчера сказал, что если не ставить невозможных целей, то вообще не сделаешь ни одного шага. И даже если ты не добьешься той невозможной цели, которую ты себе поставил, стремясь к ней, ты все равно уйдешь дальше, чем если ты просто собирался дойти от стула до стола».

В завершении беседы Рут Хейнен выразила надежду, что Лев Додин не потеряет интереса к проекту «Академия Союза Театров Европы», и именно участие такого большого мастера поможет упрочить положение театра как такового на европейском пространстве. И в свете того, что ровно в те дни, когда шел мастер-класс в МДТ, Лев Додин фактически в одиночку своим блистательным по форме и по сути выступлением на Петербургском международном культурном форуме остановил нелепейший наезд Минобрнауки на университеты искусства по поводу их «неэффективности», надежды директора Союза Театров Европы выглядят вполне основательными.

Наверх


Билетная система - СмартБилет


Разработка сайта - SPBNET